Ахбори Анҷуман

Макиавелли на страже интересов Рахмона. Когда Госкомитет нацбезопасности Таджикистана превратился в службу отлова оппозиционеров

Азиз Якубов

Иллюстрация: Соня Владимирова / Медиазона

Государственный комитет национальной безопасности Таджикистана, в отличие, например, от коллег из Узбекистана, долгие годы после распада СССР оставался в тени других силовых структур — МВД и Минобороны. Спецслужба почти не принимала участия в кровопролитной гражданской войне и укреплении власти Эмомали Рахмона. Влияние ГКНБ начало усиливаться лишь после 2010 года, когда ведомство возглавил Саймумин Ятимов, до сих пор занимающий кресло председателя. «Медиазона» в рамках серии материалов о спецслужбах стран Центральной Азии рассказывает о деятельности таджикистанских чекистов, которых заставляют читать Макиавелли, чтобы успешно охотиться за оппозиционерами.

История

ГКНБ Таджикистана — преемник регионального управления КГБ СССР. На момент распада Союза структура состояла из двух десятков отделов. Причем некоторые из них за пару лет до обретения страной независимости были преобразованы и получили новое обозначение. 5-й отдел превратился в отдел «З», что означало «защита конституционного строя», 3-й — в «ОП», а его основной функцией стала борьба с организованной преступностью.

В первые месяцы независимости страны спецслужба переживала не лучшие времена. Как рассказывал тогдашний председатель ГКНБ Сайдамир Зухуров, в 1992 году, когда Таджикистан уже погрузился в гражданскую войну, структура столкнулась с двумя проблемами. К тому моменту 80% сотрудников, которые были русскоязычными, уже покинули страну, а оставшиеся разделились на два лагеря: сторонников «Народного фронта» и оппозиционного блока. По словам Зухурова, ему приходилось лавировать между противоборствующими группами, разделенными, в основном, по региональному принципу.

«В два-три часа ночи отпускал одну группу и приглашал другую. Наставлял, чтобы они были осторожны, чтобы не ходили без моего разрешения куда-либо и не покидали рабочее место, чтобы не попасть в какие-нибудь нежелательные ситуации», — вспоминал бывший глава ГКНБ в интервью радио «Озоди».

Зухуров был вынужден пойти на радикальные меры: он отправлял подчиненных в отпуск без содержания, например, просил бадахшанцев и каратегинцев уехать на несколько месяцев домой, чтобы докладывать о ситуации на местах. Как объяснял экс-председатель, некоторым сотрудникам пришлось пробыть в отпуске до восьми месяцев, пока обстановка внутри организации не стабилизировалась.

ГКНБ не принимал активного участия в гражданской войне, но оставил свой след в названии противоборствующих сторон — бойцов «Народного фронта», воевавших на стороне правительства Таджикистана, прозвали «юрчиками» в честь многолетнего руководителя КГБ СССР Юрия Андропова. По утверждению исследователя гражданской войны в Таджикистане Марка Фейгина, прозвище закрепилось из-за того, что лидеры «Народного фронта» объявили себя защитниками дела Ленина-Сталина-Андропова. Кроме того, в их рядах было много бывших милиционеров и сотрудников КГБ.

Впрочем, есть версия, что «Народный фронт» появился на базе Нацгвардии и при поддержке Узбекистана, который направил в помощь соседям бригаду Главного разведывательного управления (ГРУ) — она размещалась под Ташкентом и после развала Советского Союза автоматически отошла независимой республике. Офицер подразделения Александр Мусиенко рассказывал, что именно сотрудники ГРУ обучали поддерживающих правительство таджикистанцев партизанской войне и снабжали их оружием. Силы же оппозиционеров прозвали «вовчиками». Это слово, производное от «ваххабитов» — последователей радикального ислама. В рядах этой коалиции было множество представителей подобных движений.

Основную роль в гражданской войне, продлившейся до 1997 года, играла армия, а ГКНБ оставался в тени. Тем не менее, у спецслужбы были широкие полномочия: она занималась разведкой, контрразведкой, охраной границ и первых лиц, работой по выявлению террористов и коррупционеров. Эти положения были закреплены в соответствующем законе, который президент Эмомали Рахмон подписал в марте 2008 года.

В тот же год был утвержден профессиональный праздник работников спецслужбы, который отмечается 28 декабря. Именно в этот день в 1991-м КГБ Таджикской ССР превратилась в ГКНБ Таджикистана.

С 1999 по 2010 годы председателем ГКНБ был Хайриддин Абдурахимов. Усиление влияния организации связывают исключительно с его преемником — генерал-полковником Саймумином Ятимовым.

По мнению многих экспертов, именно этот чиновник поспособствовал тому, что таджикистанская спецслужба стала основным органом по укреплению авторитаризма в Таджикистане. ГКНБ последние несколько лет активно преследует оппозиционеров и несогласных с политикой Рахмона, часто заключенных в СИЗО пытают, есть примеры успешных операций по «возврату» неугодных людей из-за рубежа.

Ятимов уже почти 12 лет возглавляет вселяющую в таджикистанцев страх организацию.

Рустами Джони, журналист

«ГКНБ Таджикистана — это правопреемник советского НКВД, с теми же методами работы, с тем же подходом к людям. Это карательная организация, не имеющая ничего общего с национальной безопасностью. Главная цель спецслужбы — сохранить и обезопасить правление определенных сил.

Рустами Джони, журналист

Считаю, что глава ГКНБ Таджикистана — второй по влиянию человек в стране. В некоторых случаях его полномочия превышают силы самого Рахмона. Ятимов внушает страх и его боятся больше президента. Очень часто последнее слово остается за ним, а не за главой государства.

В нынешнем Таджикистане нет ни одной организации, ни одного ведомства, структуры, чтобы там не было человека Ятимова, и влияние ГКНБ является решающим. Это абсолютно безнравственные и бездушные служаки, которые поставили интересы одной группы людей выше национальной идеи целой страны».

Персоны

Уроженец Хатлонской области Саймумин Ятимов не был сыном высокопоставленного офицера и чиновника. Его путь в главные силовики Таджикистана был тернист.

Ятимов начинал карьеру как преподаватель таджикского языка и литературы в средней школе. Затем он постепенно перебрался в органы власти. Знание русского, персидского и английского языков способствовало продвижению по дипломатической линии. Посол-советник в Иране, первый заместитель главы МИД, посол в странах Бенилюкса и по совместительству представитель Таджикистана в Европейских Сообществах, ЮНЕСКО и НАТО.

Из министерства иностранных дел Ятимов перешел на работу в ГКНБ. До сентября 2010 года он занимал пост замглавы ведомства. Крест на карьере его шефа — Хайриддина Абдурахимова — поставил массовый побег заключенных из следственного изолятора в Душанбе. Разгневанный президент Рахмон принял отставку не только руководителя организации, но и трех его замов. Именно тогда на первый план вышел Ятимов.

Многие считают, что именно Ятимов превратил ГКНБ в одну из самых влиятельных организаций в стране. При нем спецслужба ужесточила контроль над религией, начала преследовать журналистов и гражданских активистов. По данным «Озоди», с 2015 года прекратили деятельность десятки независимых СМИ.

В 2015 году Верховный суд Таджикистана признал Партию исламского возрождения террористической организацией, что развязало руки спецслужбе. Сотрудник Техасского университета A&M Эдвард Лемон подчеркивал, что именно в период руководства Ятимова ГКНБ максимально способствовала укреплению авторитаризма в республике.

Эдвард Лемон, Сотрудник Техасского университета A&M

«Многие оппозиционные деятели оказались за решеткой, началась кампания против тех, которые считались чрезмерно религиозными, а также против журналистов, ученых, правозащитников и общественных объединений, которые оказались под давлением», — отмечал Лемон.

Расширялись и полномочия спецслужбы. В 2015 году начал работать Единый коммуникационный центр, на создание которого власти потратили 50 млн долларов. По сути речь идет о «глобальном пульте управления», позволяющем силовикам напрямую отслеживать интернет-трафик и прослушивать любые разговоры.

В 2016-м парламент Таджикистана по инициативе Ятимова утвердил поправки в закон «Об органах национальной безопасности», благодаря которым сотрудники ГКНБ получили право «в исключительных случаях» вламываться в дома граждан без решения суда. Впрочем, спустя год положение утратило силу. Но исчезновение нормы из закона не означает отмены на практике.

Иллюстрация: Соня Владимирова / Медиазона

Постепенно комитет стал контролировать практически все сферы жизни в стране, а его председатель вошел в круг самых влиятельных людей Таджикистана. Именно Ятимов «представляет» Таджикистан в «списке Магнитского», где фигурируют наиболее ярые «нарушители прав человека» и коррупционеры. Впрочем, когда против него ввели санкции на Западе, дома ему присвоили степень члена-корреспондента Академии наук.

«Считается, что интеллектуальный уровень кадров ГКНБ и МВД Таджикистана отличается в пользу первых, — рассказывает таджикский оппозиционер и журналист Темур Варки, ныне проживающий за рубежом. — В МВД необязательно владеть иностранными языками и аналитическим складом ума. Достаточно иметь хороший нюх, ноги, уметь считать и ориентироваться в лесу. Планирование же и проведение спецопераций против оппозиционеров и независимых журналистов, лидеров общественного мнения, дискредитация, тюремная изоляция — словом, создание инкубатора с веселящим газом «дебилизатором» — задача ГКНБ, особенно при Саймумине Ятимове. Он ввел обязательное изучение офицерами труда Никколо Макиавелли «Государь», который по замыслу должен помогать власти нейтрализовывать всякое свободомыслие. Это все равно, что препятствовать развитию интеллектуальной начинки любого аппарата, орудуя молотком. Руководство спецслужбы не смущает, что советы Макиавелли не помогли ни одной тирании. Вернее, помогли ускорить процесс краха и возвращение к «разбитому корыту»».

Темур Варки, журналист, писатель, представитель Национального альянса Таджикистана, сформированного в Европе

Еще в 2014 году издание «Азия-Плюс» составило рейтинг самых влиятельных людей Таджикистана. Ятимов занимал третье место, уступая лишь президенту Рахмону, а также тогдашнему спикеру парламента и мэру Душанбе Махмадсаиду Убайдуллоеву. Отмечалось, что за три года председатель спецслужбы поднялся с восьмой позиции до «тройки лидеров».

Считается, что Ятимов находится в противостоянии с преемником Убайдуллоева и сыном руководителя республики Рустамом Эмомали. Возможно, интересы влиятельных таджикистанцев разошлись в вопросах контроля за наркотрафиком, поступающим из Афганистана.

Как считает профессор Петербургского государственного университета Александр Князев, еще в 2015-м, когда Эмомали возглавлял службу по борьбе с наркотиками, он нанес удар по позициям Ятимова, задержав офицеров из ближайшего окружения генерала. В ответ глава спецслужбы организовал несколько операций против подчиненных сына президента.Князев говорит, что эта «война» проходит в латентной форме, однако именно Ятимов мешает провести передачу власти от Рахмона-старшего своему сыну.

В феврале 2022 года появились слухи об отставке многолетнего руководителя ГКНБ. В соцсетях сплетничали, что Рустам Эмомали стрелял в своего оппонента и ранил его. Была версия, что на генерала было совершено покушение во время спецоперации по задержанию активистов в Горном Бадахшане. Официально эти сведения власти не подтвердили. 

Темур Варки, журналист, писатель, представитель Национального альянса Таджикистана, сформированного в Европе

«ГКНБ Таджикистана, несмотря на 30 лет независимости страны, остается филиалом ФСБ России, отвечающим за афганское, пакистанское, иранское, а также арабское направление. Кадры для спецслужбы готовят факультет восточных языков Национального университета и ряд российских вузов.

Идеологически ГКНБ Таджикистана так и не вырос из «шинели Дзержинского». Судя по редким фото, это все то же ЧК с бюстами «железного Феликса» в кабинетах и его цитатами, советской символикой на стенах коридоров. Хотя теперь, говорят, там во всех кабинетах висят портреты Эмомали Рахмона.

Причем ГКНБ, возможно, даже более «кэгэбистее», чем ФСБ. Россияне выросли из «шинели Дзержинского», их идеология уже не чурается фашизма и нацизма с имперским стержнем. Таджикские же чекисты, особенно старые кадры, продолжают чтить «подвиг красноармейцев», «борцов за установление советской власти». Нигде на территории бывшего СССР не воевали под красным знаменем за «восстановление конституционного строя» Советского Союза.

Таджикские спецслужбы легко находят и с помощью российских коллег вывозят из России всякого, кто начинает вести себя слишком независимо и представлять, что находится под защитой своего второго паспорта с двуглавым орлом. К примеру, так был похищен в Москве один из видных представителей оппозиции Шарофиддин Гадоев. Его заманили из Нидерландов в Москву люди Патрушева, отвезли в Домодедово и передали в руки таджикских чекистов, которые, минуя погранконтроль, с мешком на голове посадили оппозиционера в самолет.

На совести ГКНБ целый ряд политических убийств, похищений инакомыслящих, кампаний массовых арестов с 2015-го, пыток, выбивание под пытками самооговоров, использование самых бесчеловечных и грязных методов устрашения граждан. И наконец, наркобизнес и контрабандные потоки из Афганистана через Таджикистан и Россию были бы невозможны без крышевания и долевого участия со стороны руководства ГКНБ и его структур. Бесконтрольное и безмерное обогащение одних, которые уже не чуют земли под ногами, и обнищание и люмпенизация других — это тоже результат карательных зачисток общества».

Громкие дела

Побег века

Инцидент, произошедший в ночь с 22 на 23 августа 2010 года, считается одним из самых крупных провалов таджикистанской спецслужбы. Из следственного изолятора ГКНБ в центре Душанбе бежали 25 человек, осужденных за терроризм. В местной прессе этот эпизод назвали «побегом века».

СИЗО спецслужбы, как говорят специалисты, изначально не выглядело как «железобетонная крепость». Например, там не было решеток на окнах и дверях, а в камерах отсутствовали туалеты — заключенным приходилось проходить через двор, чтобы справить нужду.

Этим и воспользовались организаторы побега, главным из которых власти посчитали бывшего узника американской тюрьмы Гуантанамо Иброхима Насреддинова. Его обвиняли в связях с «Аль-Каидой» и другими организациями. По просьбе Таджикистана Насреддинова экстрадировали отбывать срок на родине.

В ночь побега под предлогом, что у него «скрутило живот», Насреддинов вышел из камеры. Оказалось, что заключенных в СИЗО ГКНБ охраняли лишь трое бойцов. Одного из них арестант убил, двоих других уже при помощи подельников избил и заковал в наручники.

Мятежники открыли все камеры. В них содержалось примерно сто заключенных, но согласились бежать лишь 25 человек. Все они были осуждены на длительные сроки — от 30 лет — за террористическую деятельность, многие были родственниками полевых командиров, участвовавших в гражданской войне. В числе бежавших были иностранцы — граждане Узбекистана, России и Афганистана.

Поскольку СИЗО ГКНБ — «тюрьма в тюрьме», которая расположена внутри учреждения министерства юстиции — беглецам нужно было преодолеть еще один кордон. Но внутри изолятора спецслужбы именно в эту ночь оказался дополнительный арсенал оружия и армейская полевая форма. Поэтому беглецы, вооружившись, расстреляли блокпост, убили четырех охранников, после чего захватили служебный автомобиль и скрылись.

«Побег века» имел серьезные последствия для реформы ГКНБ. Спустя две недели после инцидента президент Рахмон отправил в отставку председателя спецслужбы Хайриддина Абдурахимова и почти всех его заместителей. Несмотря на формулировку «по собственному желанию», очевидно, что президент снял генерала с должности за то, что его ведомство проворонило беглецов. На руководство СИЗО завели уголовные дела о халатности, в итоге начальники получили от 5 до 8,5 лет лишения свободы.

Некоторые эксперты говорили о «западном следе» побега: мол, операцию провели спецслужбы России или США с целью подорвать авторитет Рахмона и ослабить его власть. В то же время в СМИ высказывались предположения о заговоре в силовых структурах Таджикистана. Издание «Авеста» называло побег «спектаклем» и «гиперподставой» председателя ГКНБ Абдурахимова.

Иллюстрация: Соня Владимирова / Медиазона

Действительно, инцидент вызвал массу вопросов: почему опасных террористов охраняли лишь трое бойцов, зачем в СИЗО держать склад оружия и особенно удобную для беглецов камуфляжную форму. Но дальше теоретических размышлений об участии силовиков в «побеге века» дело не дошло. Факт остается фактом: своих постов лишились все замы главы ГКНБ, кроме одного — Саймумина Ятимова, который и стал новым руководителем спецслужбы.

Он рьяно взялся за поиск бежавших из СИЗО и уже спустя год отчитался об успехах. В августе 2011-го ГКНБ сообщило, что 24 из 25 участников побега найдены. Причем восемь из них убиты, остальные находятся под стражей. В ноябре того же года ведомство отчиталось о поимке последнего беглеца, тем самым немного нивелировав громкий провал спецслужбы.

Ученый-шпион

Искать «зарубежный след» во внутриполитических конфликтах — «фишка» ГКНБ Таджикистана. Это относится и к волнениям в Горно-Бадахшанской автономной области, которые периодически охватывают регион.

В мае 2014 года волнения начались после того, как ОМОН расстрелял нескольких жителей ГБАО, пользующихся у местного населения авторитетом. Около тысячи человек вышли на улицы, атаковали и громили административные здания, в том числе управление милиции. Путем репрессий и задержаний силовикам удалось восстановить хрупкий мир в регионе.

В июне того же года история получила продолжение. В административном центре ГБАО Хороге был задержан ученый-исследователь Александр Садыков — гражданин Таджикистана, проживающий в Канаде и работающий в заокеанском университете. Его обвинили в шпионаже в пользу иностранного государства.

Садыкова задержали прямо во время интервью с лидером оппозиционной Социал-демократической партии Алимом Шерзамоновым. «Мы беседовали около часа в центральном парке. Вокруг было много людей. Александр задавал вопросы, а я отвечал. И вдруг неожиданно появились люди, которые нас окружили и увели его», — описывал операцию спецслужбы политик.

Алимом Шерзамонов, представитель Национального альянса Таджикистана

По словам Шерзамонова, Садыков пытался узнать информацию, не являющуюся государственной тайной. Исследователь интересовался причинами конфликта в ГБАО, мирными решениями ситуации, работой «народной дипломатии». Оппозиционер считает, что ученый пострадал только из-за того, что общался с нежелательными для властей людьми.

Задержание состоялось 16 июня, а уже на следующий день ГКНБ представил версию, согласно которой Садыков 10 июня ночью посетил посольство Великобритании в Душанбе, где «получил от иностранца конкретные поручения и денежные средства в долларах для выполнения задания».

Следователи сделали такой вывод на основании электронного письма с приглашением приехать в посольство. Причем не уточнялось, когда чекисты проверили почту Садыкова. Возможно, что они следили за ученым, вели прослушку и наблюдали за его общением в интернете.

Комитетчики оперативно подготовили видеоролики с допроса, которые несколько дней крутили по государственным каналам, вещающим в ГБАО. По словам телезрителей, Садыков выглядел растерянным, он явно читал подготовленный текст, запись часто обрывалась и была грубо смонтирована. Ученый передавал ответы Шерзамонова, в которых тот якобы говорил о недоверии бадахшанцев и к правительству, и к Ага-Хану. Сам оппозиционный политик подчеркивал, что такие вопросы в интервью не поднимались.

Упоминание лидера исмаилитов Карима Ага-Хана, по мнению некоторых аналитиков, было неслучайно. Будучи одним из самых богатых людей в мире, он через свой же фонд финансировал множество проектов в Горном Бадахшане.: строил мосты, развивал энергетику, помогал фермерам. Однако существовала версия, что настоящей целью Ага-Хана было создание на Памире исмаилитского государства.

Власти Таджикистана не могли не зацепиться за этот след. Поскольку Ага-Хан — подданный Великобритании, логично предположить, что Садыков выведывал секретную информацию для него по заданию британских дипломатов.

Ученый, вероятно, мог оказаться крайним — под пытками признать свою вину полностью и получить серьезный срок. Но реализации такого сценария помешали десятки международных организаций, потребовавших немедленного освобождения Садыкова. В частности, вот как обозначили свою позицию «Репортеры без границ»: «Его арест — результат паранойи таджикского правительства и склонности обвинять иностранцев в организации беспорядков в Таджикистане, а не признавать собственную ответственность. Садыков должен быть немедленно освобожден, выдвинутые против него абсурдные обвинения должны быть сняты. Правительству пора прекратить увеличивать угрозу гражданской войны, заставляя своих критиков молчать и оправдывая расправу с ними».

В итоге узник провел в СИЗО ГКНБ чуть больше месяца. 23 июля 2014 года его отпустили домой под подписку о невыезде. В сентябре Таджикистан разрешил Садыкову выехать на учебу в Канаду, и подозреваемый в шпионаже покинул родину. Впрочем, спецслужба до сих пор не закрыла дело и не сняла с ученого обвинения.

Источник: Mediazona

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s